Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Как путешествовать с маленькими детьми

Реклама так и манит в тёплые края — Крым, Египет, Турция. Каждой семье хочется отдохнуть на море, но не каждый родитель готов взять с собой ребёнка, особенно если он маленький. Одна из основных причин — страх.

сегодня

12 июля
Инприт
Применено химическое оружие

12 июля 1917 года в ходе Первой мировой войны впервые было применено химическое оружие - отравляющий газ иприт. При первом его применении поражения различной тяжести получили 2490 человек, из которых 87 скончались.

Операция «Окуджава»


Из цикла «Дела минувшие, с современными ремарками». Год 1964

Но вернемся в далекий 1964 год. Вот мы молодые, самоуверенные и вполне еще живые, встретились ранним утром на Курском вокзале и собрались с шестью рублями в кармане покорить книжную Тулу. Хотите знать, что можно было сделать с шестью рублями? Ну, поскольку книжка Окуджавы стоила всего 12 копеек, то можно было бы купить аж целых 500 книжек, то есть 5% от всего тиража, если же серьезно, то, конечно, очень мало, но больше не наскребли, как ни пытались.

Люди нашего поколения хорошо помнят электрички тех лет, с дверями, открывающимися от нажатия рукой, хоть где, в том числе и на ходу, с шумными моторными вагонами и разделением поезда на два отдельных изолированных отсека, наличие которых сыграло некоторую роль в нашем приключении.

Электричка тех самых времен. Фото photosight.ruПоезд отправлялся с какой-то дальней платформы, ехали мы, естественно, без билетов, поэтому, учитывая мой уже достаточный опыт передвижения как в электричках, так и в поездах дальнего следования «зайцами», мы сели в третий вагон и тут же достали книжки, ведь терять попусту столько времени было безрассудно. Конечно, вы хотите задать вопрос, а почему именно третий вагон?

Правильных ответов может быть минимум два: во-первых, в то время была очень популярна туристическая песня, в которой есть слова типа: «И я снова бегу по привычке, прямо в третий вагон электрички», именно по этой причине все туристы ездили только в третьем вагоне, а имеющиеся в то время в весьма большом количестве ревизоры по какому-то негласному соглашению следовали через этот вагон не задерживаясь. Правда, это соглашение распространялось только на субботу из Москвы и воскресение, соответственно, назад, а день, когда мы собрались поехать в Тулу, был вторником, да и мы были не в туристической, а во вполне цивильной одежке, и кто знал, что могло придти в голову ревизорам. А почему я написал «субботу», да просто рабочая неделя в то время была шестидневная, только с одним выходным — воскресеньем.

Ну, а вторая причина была более прагматичной, ревизоры всегда заходят в первый или последний вагоны, и у толпы безбилетников имеется возможность, постепенно перемещаясь в ту же сторону, что и ревизоры, но на один вагон впереди них, выскочить из поезда на ближайшей остановке и перебежать в другой, свободный от контролеров, отсек.

Так все и произошло, вначале начался некий шум, слышалось «идут, идут», затем народ начал потихоньку передвигаться в соседние вагоны, пришлось и нам двигаться в этой все возраставшей и возраставшей толпе. Все, мы уперлись в тупик, вот видим, как в вагон вошли контролеры и неумолимо приближаются к нам, они нас тоже видят. Да и странно было бы не увидеть толпу не в один десяток человек, которые забились в тамбур, и ждут, как бараны на заклании, когда их всех начнут вязать. Но ревизоры тоже почти беспомощны — мало того, что им надо проверить билеты у целого вагона, так еще нельзя и упустить ту небольшую группку «зайцев», которых они все же задержали и держат между собой. Ситуация практически патовая: нас столько, что им без большого дополнительного наряда милиции справиться просто невозможно, но где его взять-то, этот наряд?

Обе стороны это прекрасно понимают, но каждая играет в свою игру: ловящие нас делают вид, что они просто не спешат, деться-то нам некуда, а беглецы, внешне показывая смятение и нервозность, в душе посмеиваются над беспомощностью ревизоров. Не знаю, чем бы все закончилось, ранее я не попадал в такую ситуацию, да и такую мощную толпу безбилетников никогда не только не видел, а даже не мог себе представить, что такое возможно, но тут поезд прибыл в Подольск, ликующая и громко хохочущая толпа вывалилась из вагона, и ринулась в следующий отсек, зачем-то за ними последовали и мы, наверное, сработало стадное чувство. Контролеры вывели из вагона свои жертвы, к ним в помощь подошла еще парочка местных блюстителей порядка, и присмиревших «зайцев» повели в линейное отделение милиции.

Мы же с Гришкой нашли свободную скамейку прямо в соседнем вагоне и продолжили там ненадолго прерванное приятное занятие, я имею в виду чтение. Прошло немного времени, и в вагоне появились какие-то люди, если бы мы не были так беспечны и так увлечены своим делом, то мы могли бы узнать в них наших недавних товарищей по несчастию. Оказывается, что теперь и в этот отсек села вторая, но уже бóльшая группа ревизоров, которая стремительно прошла через все хвостовые вагоны, гоня перед собой небольшую смирившуюся группу безбилетников.

В нашем же вагоне ехал основной «зайцевый» состав, в том числе и мы. В общем, мы очнулись только тогда, когда до нас весьма вежливо дотронулся пожилой контролер с просьбой предъявить билет. Мы растерялись, но на меня нашло вдруг какое-то вдохновение, что ли, и я разыграл целую сценку со словами. А сказано было приблизительно вот что:
— Дяденька, мы — двое студентов — посланы в Тулу нашими товарищами во чтобы то ни стало добыть на всех сборник стихов Булата Окуджавы, который только что напечатан в этом городе. Вы знаете, нас много, но мы бросили жребий, который и выпал на нас двоих. Денег, конечно, нет — где их взять, если картошку еще не убрали с полей, и поэтому тех вагонов, на которые мы очень и очень рассчитывали, еще нет. Ребят подвести нельзя, а если опоздаем на рабочий поезд в Серпухове, то мы сегодня до Тулы уже не доберемся, это вы и сами понимаете прекрасно.

Вот примерно такую речь без запинки на одном дыхании выдал я, и вы знаете, ревизор проникся по-настоящему, он не только нас не тронул, а еще и дал ценнейший совет, который очень нам помог в дальнейшем:
— Ребята, рабочий поезд — это не электричка, там, как здесь, на шармочка не прокатишь, там в каждом вагоне проводник имеется, но проводник ничего решить не сможет, сразу же найдите их бригадира, только он может помочь, если сумеете убедить, конечно.

Ревизоров вместе с большой безбилетной толпой встретила в Серпухове целая милицейская армия, а мы перебежали через платформу к самому допотопному поезду, на котором мне только доводилось ездить. Но поезд я еще успею рассмотреть, а пока надо следовать совету ревизора и найти бригадира. Это оказалась миловидная молодая еще женщина, которая выслушала ту же историю, которой я смог разжалобить фронтовика и тоже поверила нам.

Но если контролер — это истина в последней инстанции, он волен казнить или миловать, то бригадир — лицо подневольное, над ним имеется большое начальство — линейный ревизор, который накажет в первую очередь саму бригадиршу, поэтому пришлось действовать по разработанному ею сценарию. А действовать надо было так: на станции Тарусская выскочить из вагона, долететь до кассы, приобрести билеты на один прогон и успеть вернуться в поезд, а его стоянка две минуты.

Ремарка 3. Всем кажется, что станция Тарусская имеет непосредственное отношение к древнерусскому городу Таруса. На самом деле это одновременно и так, и не так. Расстояние между этими двумя географическими объектами составляет двадцать километров, расположены они в разных областях — станция — в Тульской, а город — в Калужской, а самое главное — на противоположных берегах Оки. Правда, в XIXвеке рядом со станцией существовал мост через реку, и по железной дороге можно было добраться таким образом на перекладных и до Тарусы, но мост давно разрушился и следа от него не осталось, а вот название станции сохранилось. Сейчас она находится в городе Заокский, и совсем недавно ей был возвращен облик XIX века. Были отремонтированы фасад и крыша здания вокзала, обновлен интерьер. Платформы вымощены тротуарной плиткой, украшены фонарями и скамейками. Рядом с вокзалом разбит сквер.

Станция «Тарусская» была построена в 1867 году, одновременно со сдачей в эксплуатацию участка железной дороги Серпухов — Тула и до 1894 года называлась «Иваново». Она связана с деятельностью целого созвездия гениальных людей, которые являются национальной гордостью России. Поэтому сегодня на станции открыты музей и памятный камень в честь знаменитых туляков. Экспозиции станционного музея посвящены известному русскому художнику-передвижнику Василию Поленову, ученому, историку, селекционеру Андрею Болотову, командиру легендарного крейсера «Варяг» капитану первого ранга Всеволоду Рудневу, а также скульптору Михаилу Аникушину. Через станцию проходит ежесуточно до 60 пар пассажирских поездов (45 пар дальних и 12 пар пригородных). За год через станцию «Тарусская» проезжает почти 20 миллионов пассажиров.

Мы буквально выбились из сил, осуществляя все, что нам было велено бригадиршей, но наша спешка оказалась напрасной — когда мы, еле переводя дыхание, подбежали к вагону, проводницы, сбившись в кучку, лузгали семечки, и беззлобно надсмехались над нами. По-видимому, это было обычное место и привычное занятие, так как вся земля вокруг была усыпана семечной шелухой. Мы подбежали, бригадир поменяла красный флажок на желтый, все проводницы разбежались по своим вагонам, и поезд, полязгивая буферами, медленно-медленно пополз в сторону Тулы.

Вот так выглядели российские деревянные вагоны, многие из них дослужили до шестидесятых годов прошлого столетия. Фото dzd-ussr.ruВозможно, наше усердие сыграло свою роль, а, что скорее всего, просто девчонкам захотелось пообщаться с московскими студентами, вот нас и затащили в служебное купе, и упоили чаем с различными пирожками, как наперегонки, доставаемыми девчатами, кем просто с улыбкой, а кем и с откровенно подчеркнутым вниманием к нам. Вот тут мы и смогли в перерывах между стихами, которые нас просили и просили читать проводницы, только изредка убегавшие по своим вагонам при приближающихся остановках, хоть немного рассмотреть то чудо техники, в которое нас занесло. Представьте себе, это был полностью деревянный вагон, чуть ли не дореволюционной постройки, с настоящей печкой-буржуйкой, на которой стоял, не поверите, большой алюминиевый чайник, из которого мы, не спеша, и пили вкуснейший чай.

Ревизоры по дороге, к счастью, в наш поезд не сели и мы, расставшись вначале с шестидесятью копейками, которые пришлось оставить в тарусской кассе, с сожалением попрощались и с гостеприимными хозяйками. Прощание заключалось в том, что на конечной станции, то есть в Туле, мы обежали весь состав и у каждого вагона разыграли одну и ту же немую сценку, хватаясь за сердце и почти падая к ногам очередной проводницы, и все это на глазах всего их коллектива, буквально умиравшего от смеха, который следовал чуть поодаль, пополняясь новой зрительницей после нашего прохождения мимо очередного вагона.

Все закончилось, мысленно отзвучали в голове последние аккорды «Прощания славянки», и мы уже на вокзальной площади пытаемся разузнать, где же в Туле находится самый главный книжный магазин. Опрошено людей не меряно, но ни один не дал нам вразумительного совета, поэтому пришлось последовать рекомендации, которую мы услышали от постового милиционера:
— Дуйте в центр, там в Кремле, наверное, и нужный магазин найдете.

Он был настолько вежлив, что не просто указал нам направление, где этот Кремль находится (а мы даже и не знали, что в Туле тоже Кремль имеется), а подвел нас к трамваю и даже подсадил на заднюю площадку, попросив кондукторшу, чтобы она нас неминуемо у Кремля высадила.

Кондукторша в тульском трамвае в шестидесятые годы прошлого столетия. Фото bigpicture.ruМы только и смогли, что сказать ему «спасибо», а только потом посмотрели на симпатичную молодую девчонку с большой черной сумкой на груди, да скорей и не на саму девчонку и не на ее сумку, а на гирлянду смотанных в рулончики трамвайных билетиков. К слову сказать, в то время необходимо было во всех видах городского транспорта, кроме метро, по-моему, платить за проезд в зависимости от расстояния, которое проехал пассажир. Наш взгляд был настолько красноречив, что кондукторша рассмеялась:
— Что, денег-то нет, наверное? Пешком хотели пройтись, а Иваныч вас ко мне запихнул? Он любит это делать, вежливый — жуть. Да ладно, чего вам в том Кремле делать-то нужно?

Пришлось все этой девчушке рассказать, она аж руками всплеснула:
— Это что ж за книжка такая должна быть, чтобы за ней из самой Москвы приехать? Да ладно, ребята, не волнуйтесь, езжайте так, ревизоров увижу — скажу, а пешком здесь не находишься, далеко.

Так, с анекдотами и пересмешками мы добрались до центра города, и разлюбезная кондукторша указала нам на скромную вывеску «Книги», размещенную, конечно, не на кремлевской стене, а на соседнем здании современной постройки.

Вот так выглядели тульские трамваи в те времена. Фото tulainpast.ruЕще одно «спасибо» и мы бегом — вот-вот обеденный перерыв начнется, летим к дверям магазина. Полная, не хочется говорить всю правду о фигуре немолодой уже женщины, продавщица даже руками всплеснула, услышав наш рассказ:
— Да, кто же нам в провинцию такую книгу-то даст? Это надо же, самого Окуджаву издали! Да еще у нас в Туле, а мы и не знаем ничего. Нет, ребята, в тульских магазинах вам ловить нечего.

И увидев наши огорченные лица, добавила:
— Да вы идите в типографию, адрес знаете? Вот и хорошо, идите прямо туда, к директору, скажите, что вы из самой Москвы приехали, поверьте, не откажет, даст вам эту книжку, жалко ему что ли.

Она указала нам на проспект Ленина, где и находится типография, и мы медленно, переваривая создавшуюся весьма неприятную ситуацию, побрели в сторону типографии. По дороге мы задались вопросом, а что мы потеряем, если нам даже откажут в просьбе? Мы уже в этом городе, моя знакомая, у которой мы хотели пересидеть до вечера, до отправления поездов на Москву, еще на работе, вернется только к шести — мы с ней так, по крайней мере, договаривались по телефону. Я специально на Центральный телеграф бегал, чтобы ей на работу позвонить, да и живет она на том же самом проспекте.

Вот так и решили, пойдем в типографию, вдруг что выгорит, и пошли, вначале медленно, а потом немыслимый зуд, который нас в Тулу пригнал, здесь тоже разогрел нас прилично, и уже почти наперегонки мы неслись по проспекту, подгоняя друг друга различными подковырками... Хорошо быть молодыми, право слово.

Номера домов быстро увеличивались, мы уже совсем приблизились к внушительному зданию, растянувшемуся на добрую сотню метров вдоль проспекта, но где же вход? Перед нами была сплошная стена с большими, не очень-то для нашего глаза привычными окнами, заглядываем за угол и видим высокий забор, опоясанный колючей проволокой, дырку ворот посередине и небольшое здание проходной.

© Фото автора
© Дополнительно отмечены фото с сайтов libex.ru, alovertphotos.com, livejournal.com, photosight.ru, tulainpast.ru, mausgrosser.livejournal.com, knigaline.ru

Опубликовано: 04.06.2012
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Комментарии (2)


Катюша
8 лет назад

Re: Операция «Окуджава»

Раньше были совсем другие люди, и относились друг к другу по-человечески. Не могу представить даже, чтоб сейчас можно было осуществить подобную "операцию". Да вы даже до Тулы бы доехать не смогли!!!!


Влад43
8 лет назад

Re: Операция «Окуджава»

К сожелению, Вы абсолютно правы. Я сам уже не один раз убеждался в явном снижении человеческого отношений между людьми

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.